Abstract


This article presents the composition and structure of the associative-semantic field «Child» and the structure of the image (concept) of the same name in the Russian linguistic view of the world. According to the results of the conducted research and other scientific works related to the study of this object we describe the basic lexical-semantic groupings within ASP, which are called the most important meanings that characterize child with age, size, gender, physical, physiological, psychological, cognitive, behavioral and active characteristics in terms of education, in his social relations. These meanings determine the structure not only of this lexical field, but also the structure of the mental formation of the same name. First proposed and justified the selection as a separate aspect of the structure of ASP and the structure of the concept of the dimension of the attribute «child – emotional object (sweet, tender, love) relationship». The emphasis on this aspect is justified by the fact that the system of the Russian language has a significant number of units of lexical, morphemic, word-formation levels that regularly convey this meaning. Along with the use of these means in the direct meaning for the characteristics of the child, they are used as genre-forming means in various speech situations, including metaphorically, in order actualizing the affectionate attitude towards adult speech participants. For the article, we also wrote about (diminutives) containing suffixes of subjective evaluation, as defined by many authors, its role in our work and how to make nouns with diminutive or affectionate suffixes that indicate a small size, a small age of the child and at the same time an affectionate, loving attitude.

 


Full Text

Введение

Язык и речь служат самыми яркими средствами выражения картины мира, в том числе национальной и языковой. А.А. Зализняк, излагая концепцию академика Ю.Д. Апресяна, пишет: «Каждый естественный язык отражает определенный способ восприятия и организации (= концептуализации) мира. Выражаемые в нем значения складываются в некую единую систему взглядов, своего рода коллективную философию, которая навязывается в качестве обязательной всем носителям языка» [Зализняк].

Одной из важных единиц русской языковой картины мира является образ детей (ребенка) в их отношениях с миром. Образ ребенка (в работах исследователей эта единица картины мира терминологически обозначается по-разному – как образ, концепт, ментальное образование) привлекал к себе внимание лингвистов, см., например, работы И.А. Калюжной [Калюжная 2007], А.Н. Поповой [Попова 2014], А.Т. Ашхарава [Ашхарава 2002], У.А. Басовой (Басова 2019).В задачи этих работ при всем различии аспектов исследования в качестве важного этапа работы входит выявление состава ассоциативно-семантического поля (АСП) «Ребенок» средств номинации ребенка в русском языке и моделирование содержательной структуры этого семантического или ментального образования с опорой на семантику этих средств номинации.

 

Ход исследования

Представим в кратком перечне основные группировки внутри АСП номинации ребенка, представляющие его в языке с указанием на те или иные аспекты этого образа, которые в общем или более конкретном виде содержатся и в работах названных выше исследователей. Эти названия отражают его реальные характеристики по разным направлениям: по возрасту, размеру, полу, физическим, физиологическим, психологическим, интеллектуальным, поведенческим и деятельностным признакам, по условиям воспитания. Такой принцип описания образа использован, в частности, в [Арутюнова 1999; Илюхина 2010]. Анализ выполнен на материале, извлеченном из (Русский семантический словарь 2002; Зимин 2019).

Ядро АСП образуют имена существительные, обобщенно называющие лицо детского возраста, без какой-либо конкретизации этого лица (ребенок, чадо, дети, ребята, детвора, ребятня, дитя и некоторые другие).

Подавляющее большинство названий лица детского возраста составляют слова с более конкретной семантикой, осложненной дифференциальными признаками широкого спектра (младенец, первенец, школьница, десятилетка, шкет, озорник и др.).

К числу основных дифференциальных признаков значений слов данного АСП относятся указания:

1) на пол (сема «женский пол»: девочка, гимназистка, озорница, капризница, соплячка, детдомовка, отличница – сема «мужской пол»: мальчик, гимназист, озорник, капризник, сопляк, детдомовец, отличник); вместе с тем значительное число названий ребенка, особенно раннего возраста, не маркированы в выражении этого признака, так как дети разного пола в этом возрасте не различаются по своим физическим, психологическим, поведенческим качествам (младенец, недоносок, кроха, крошка, худышка, голыш, грудничок, рева, хитрюшка, почемучка, егоза, найденыш, грязнуля, пруда и др.);

2) на маленький размер, который часто прямо отражен в мотивации названия – прямого или метафорического: малыш, малышка, мальчик, малолетка, малютка, малышня, малек, малец, мелюзга, мелкота, малявка, кроха, крошка, мальчик-с-пальчик; пигалица, кнопка, недоросль, шпингалет, лялька;

3) на действия, состояния, поведение, относящиеся к человеку любого возраста, но более ярко характеризущие лицо детского возраста (об этом свидетельствуют словарные пометы типа преимущ. о детях или обычно о ребенке):

а) голосовые, речевые, коммуникативные особенности: пискля, пискун, крикун, визгун, лепетун, рева, почемучка, прилагательные писклявый, крикливый, визгливый, картавый, глаголы лепетать, гулить, агукать, гунить, картавить, канючить, грубить, щебетать, чирикать, верещать;

б) активность, подвижность: непоседа, егоза, вертун, резвун, живчик, шустрик, прыгун, игрун, шкет, шпингалет, вострушка, стрекоза («2. Живой, подвижный ребенок, непоседа (обычно о девочке)»), чертенок («Резвый и шаловливый ребенок, бесенок»), бесенок («2. Бойкий, озорной, шаловливый ребенок)», юла («Вертлявый, суетливый человек, непоседа (обычно о ребенке)») или, напротив, стеснительность, скованность: дичок («2. О нелюдимом, стеснительном ребенке, подростке (разг.)»), неуклюжесть: медвежонок («(также перен.: о неуклюжем, неловком ребенке)»), мартышка («перен. человек, который кривляется, обезьянничает (обычно о ребенке)» или «перен.: о ребенке, склонном все перенимать, подражать кому-н.)»); прилагательные непоседливый, егозливый, вертлявый, резвый, прыткий, живой, шустрый, игривый, дикий, переимчивый, неугомонный, глаголы беситься, резвиться;

в) послушание – непослушание, склонность к нарушению запретов со стороны взрослых: озорник, сорванец, неслух, неслушник – послушник, оголец, задира, капризник, баловник, прилагательные озорной, непослушный, послушный, задиристый, глаголы озорничать, задираться, не слушаться – слушаться;

 г) способность совершать определенные действия, в том числе перемещаться определенным образом (ползун, ходун, ходунок) или питаться определенным образом (грудник, грудничок, сосун, сосунок, молокосос), склонность к определенным действиям (растеряша, пруда, шалун, проказник, капризник); подобные глаголы маркируют возраст лица в соответствующих контекстуальных условиях (в частности, еще только / уже ползает, уже ходит / пока не ходит, еще сосет, уже сидит, уже улыбается и т. д.) и определяют этап его развития;

д) интеллектуальные способности, разумность – неразумность: несмышленыш, глупыш, глупышка, неумейка, незнайка, дурачок, дурочка, вундеркинд, прилагательные смышленый, несмышленый, неразумный, глаголы глупить и др.;

4) на физические, прежде всего внешние, признаки: крепыш, крепышка, худышка, бутуз, карапуз, акселерат, рахитик, перен. головастик, перен. пышка, перен. пузырь, перен. колобок, перен. пупс, прилагательные рахитичный, золотушный, анемичный, слюнявый, в том числе неаккуратность, неумение соблюдать чистоту: грязнуля, замарашка, пачкун, перен. поросенок, сопляк; в отношении одежды: оборвыш (как показатель социального неблагополучия), голыш, голышка; а также общая внешняя привлекательность: метафоры херувим, голубица, пупс, кукленок;

5) на враждебность, жестокость поведения по отношению к другим детям или ко взрослым: хулиган, хулиганка, грубиян, а также перен. зверенок, гаденыш, змееныш;

6) на место в отношении других детей одних родителей: первенец, последыш, поскребыш, близнецы, тройняшки, двойня, тройня;

7) на физиологические обстоятельства рождения и развития: недоносок, искусственник, искусственница, рахитик, акселерат, прилагательные недоношенный, мертворожденный, инфантильный, рахитичный, анемичный, золотушный;

8) на социальные характеристики:

а) с точки зрения условий рождения, жизни и семейного воспитания: детдомовец, найденыш, подкидыш, приемыш, ба(й)стрюк, ублюдок, безотцовщина, сирота, беспризорник, отказник, отказница, прилагательные внебрачный, приемный, подопечный, незаконнорожденный, беспризорный, безнадзорный, глаголы осиротеть, сиротствовать, беспризорничать;

б) с точки зрения принадлежности к социальным институтам: ясельник, ясельница, приготовишка, первоклассник, девятиклассница, школьник, школяр, гимназист, старшеклассник, а также дополнительных аспектов: этапа (первоклассник – десятиклассница) и меры успешности обучения (отличник, хорошистка, троечник, двоечница, второгодник); 

в) с точки зрения включенности в общественные детские и юношеские организации: октябренок, пионер, комсомолец;

9) на отсутствие жизненного опыта: сопляк, желторотик, молокосос, щенок.

Один из важнейших аспектов характеристики ребенка – его конкретный возраст, поскольку период детства измеряется, по данным разных ученых, до 16–18 лет. Эту функцию наиболее точно выполняют прилагательные, выражающие это значение по отношению к людям, животным, предметам и абстрактным понятиям, среди них преобладают сложные по составу слова: двухнедельный, трехмесячный, годовалый, полугодовалый, двухгодовалый, пятилетний, пятнадцатилетний (так, прилагательные в сочетании с названием лица указывают на его возраст предельно конкретно: двухнедельный ребенок, трехлетняя девочка и т. д.), а также производные существительные двухлеток, пятилеток, восьмилеток и под. Наряду с этими средствами подавляющее большинство названий ребенка в то же время косвенно указывают и на его возраст – с разной степенью приблизительности. Это достигается через указание на самые разные аспекты, о которых речь шла выше. Приведем наиболее показательные случаи – слова, называющие:

1) новорожденного и ребенка грудного возраста: новорожденный, младенец, грудник, грудной;

2) лицо по способности перемещаться способом, характерным для ребенка первого года: ползунок, ходунок, сосунок;

3) лицо через включенность в социальные связи, выходящие за рамки семьи и указывающие на:

а) дошкольный период: ясельник, детсадовец, дошкольница, приготовишка, ясельный, детсадовский;

б) школьный период: школьник, первоклассник, пятиклассница, старшеклассник, хорошист, отличник, двоечник, второгодник;

в) принадлежность к общественной организации, пребывание в которой определяется возрастными границами: октябренок, пионер, комсомолец.

На широкий возрастной диапазон указывают лексемы мальчик («ребенок мужского пола»), девочка («ребенок женского пола»), маленький («малолетний ребенок»), малолетний («ребенок, несовершеннолетний»), малолетка («ребенок, маленький мальчик или девочка»), несовершеннолетний («человек, не достигший совершеннолетия (совершеннолетие – возраст, по достижении которого человек становится полноправным гражданином)»), малец («маленький мальчик или подросток»), пацан («то же, что мальчик»). Конкретизация возраста при употреблении этих слов возможна лишь за счет контекста.

Более узкий возрастной диапазон – смещение к младшему детскому периоду – охватывают слова малыш («маленький ребенок (чаще о мальчике)»), малышка («то же, что малыш»), малютка («маленький ребенок, младенец»), малявка («о маленьком ребенке»).

Возрастное смещение к старшему детскому периоду обозначают слова подросток («мальчик или девочка в переходном возрасте между детством и юностью»), отрок («мальчик-подросток»), отроковица («девочка-подросток»).

Однако представленная смысловая структура поля и концепта, на наш взгляд, не может считаться выявленной полностью. Проведенное нами исследование средств обозначения и характеристики ребенка, а также обозначений взрослых лиц (родители, няня, воспитатель и др.), их действий, чувств и поведения в отношении ребенка (баловать, холить и др.) дает основание утверждать о целесообразности выделения еще одного аспекта, определяющего особенность данного концепта в языковой картине мира. В качестве одного из важных характеристик образа детей исследователи обычно называют нежное отношение к ним со стороны взрослых или более старших людей. И.А. Калюжная пишет об этом следующее: «Ценностную сторону концепта “детство”, как показал языковой материал, составляет преимущественно положительно-оценочное отношение русских и немцев к детству как периоду жизни человека: Die Kindheit ist die Zeit der Freiheitund Entdeckungen. Детство – самое прекрасное время в жизни» (Калюжная 2007, с. 12). Полагаем, что характеристики этого семантического признака как «преимущественно положительно-оценочного отношения» недостаточно для установления статуса данного признака в структуре ментального образования «Ребенок». С учетом того, что в русском языке существует богатая система средств выражения данного смысла, есть основания для его оценки как самостоятельного аспекта в структуре образа: «…ребенок – это объект ласкового, нежного, любовного отношения со стороны взрослых или более старших людей». Кратко представим языковые средства разных частей речи и разных уровней системы, выражающие названное значение на постоянной основе.

  1. Показательны в первую очередь глаголы, прямо называющие чувства и поведение таких людей (прежде всего родителей) по отношению к детям: пестовать, выпестовать, холить, лелеять, взлелеять, баловать, избаловать, набаловать, нежить, изнежить, ласкать, заласкать, забавлять, приголубить, ворковать, сюсюкать, а также производные страдательные причастия, определяющие ребенка: выпестованный, взлелеянный, изнеженный, заласканный, избалованный и др.
  2. Не менее показательными фактами в пользу выделения названного смысла как отдельного аспекта образа ребенка является наличие большого количества лексем, используемых в качестве ласковых обращений к ребенку. Назовем лексемы, которые в этой функции используются наиболее регулярно и отмечены в словаре: солнышко, ангел, киса, цветок, звездочка, зайка, золотко, кровинка и др.
  3. Еще одним лексическим пластом, переда-ющим ласковое отношение к детям, являются дериваты названий ребенка, содержащие суффиксы субъективной оценки (диминутивы). По определению Д.Э. Розенталя и М.А. Теленковой, суффиксы субъективной оценки служат «для образования форм имен существительных, качественных прилагательных и наречий с особой, эмоционально-экспрессивной окраской и выражением отношения говорящего к предмету, качеству, признаку. Суффиксы субъективной оценки придают словам различные оттенки (ласкательное, сочувствия, пренебрежения, презрения, уничижения, иронии, также реального уменьшения или увеличения)» (Розенталь, Теленкова 1976, с. 478–479). Состав диминутивов невозможно перечислить исчерпывающе, так как он постоянно пополняется [Бронникова 2014], в том числе за счет окказиональных новообразований.

А. Среди них большинство составляют существительные с уменьшительно-ласкательными или ласкательными суффиксами, которые указывают на маленький размер, маленький возраст ребенка и одновременно на ласковое, любовное отношение. Приведем в качестве примера материалы из «Словаря морфем русского языка» (Кузнецова, Ефремова 1986) лишь с несколькими корневыми морфемами:

– мал-: малыш, малышка, малышок, мальчишечка, мальчишка, мальчонка, мальчонок, мальчуган, мальчугашка, малютка, малюточка (с. 198);

– дет-: детва, детвора, детеныш, детина, детинушка, детишки, детище, детка, деточка, детушки (с. 105);

– дев-: дева, девица, девка, девонька, девочка, девушка, девчонка, девчоночка, девчурка, девчурочка, девчушка, девчата (с. 101);

– реб-: ребенок, ребеночек, ребятенок, ребятишки, ребятки, ребятушки (с. 278).

Продуктивный характер многих суффиксов обусловливает регулярное образование дериватов, образованных от названий ребенка и выражающих ласковое отношение, например: озорничок, озорникашка, двойняшки, тройняшки, парнишка, парнишечка, крохотуля, крохотульчик, крошечка, капризуля, капризульчик, хитрюшка, грудничок, ползунок, грязнулька, паинька, игрунчик, симпатуля, глупышка, сиротка, сиротинка, сиротиночка, сиротинушка, агуша, приготовишка, шалунишка, карапузик, голопузик, голопопик.

Б. Столь же регулярно образуются диминутивы от метафорических обозначений ребенка: котеночек, бесеночек, медвежоночек, лисеночек, поросеночек, кукленочек, козочка, стрекозочка. Это касается и слов, указанных в словаре в качестве ласковых обращений: почти все эти обращения представляют собой диминутивы: милочка («ласковое или снисходительное обращение к ребенку, к женщине, фамильярно также к мужчине; такое упоминание о лице»), дружок («ласковое обращение старшего к ребенку, а также ласковое обращение к девушке, к молодой женщине: вообще (прост.) фамильярное обращение к собеседнику»); с аналогичным толкованием соответствующего значения в словарях: душенька, птичка, птенчик, ангелок, ангелочек, лапонька, лапушка, светик, заинька, зайчик, звездочка, золотко, кисонька, кисочка, кисуля, цветочек, дурачок («Ласково о том, кто ошибся, сделал что-н. не так (обычно о ребенке, в обращении)»).

В. В форме диминутивов часто используются в русской речи личные имена, при этом чаще всего они используются по отношению к ребенку в семейной среде: Танюша, Машенька, Машуля, Юрик, Юрочка, Юрасик, Васенька, Василек, Ванюша, Ванюшка, Ванюшечка, Ванечка, Иванушка, Натуся и мн. др.

Г. Тенденция образования слов с субъективно-оценочным значением распространяется также на прилагательные, которые легко образуют производные с такими суффиксами, используемые в первую очередь по отношению к ребенку, например: умненький, глупенький, грязненький, чумазенький, сопливенький, слюнявенький, голенький, голопузенький, голодненький, капризненький, забавненький, писклявенький, шустренький и мн. др. Обратим внимание, что тенденция регулярного образования диминутивов охватывает не только качественные прилагательные, как это характерно для литературного языка, но и относительные: чумазенький, слюнявенький, голенький, голопузенький и др.

Д. Средствами выражения этого аспекта семантики являются и названия частей тела ребенка с уменьшительно-ласкательными суффиксами, которые в этом случае наряду с размерной семантикой передают и отношения ласки, нежности к ребенку, например: головка, волосики, ручки, ножки, пальчики, шейка, животик, язычок, и т. д. Эта же функция присуща названиям детской одежды, мебели, игрушек: носочки, колготочки, шапочка, курточка, ботиночки и т. д.

  1. Кроме того, о целесообразности выделения обсуждаемого аспекта семантики в образе ребенка свидетельствуют наблюдения ученых о том, что тип отношения и речевого поведения взрослого с ребенком воспроизводится в некоторых речевых жанрах, в том числе иногда в метафорической форме.

А. Приведем пример использования диминутивов в текстах, которые рекламируют товары для детей. Слова с уменьшительно-ласкательными суффиксами позволяют стилизовать текст как общение с ребенком, воздействовать на родителей через обращение к эмоциональной стороне их отношений к ребенку. Сошлемся на наблюдения Е.А. Важдаевой за особенностями языка рекламных текстов, в которых содержится оценка качества детских товаров: «В этих текстах наблюдается широкое использование уменьшительно-ласкательных форм имен существительных, цель которых – сделать акцент на ключевых ценностях основных целевых групп – мам, воспитывающих маленьких детей, обратиться к их речи в общении с ребенком и соответствующим эмоциям. В этом случае оценка, сопряженная с эмоциональным отношением, выражается не понятийным содержанием семантики слова, а ее коннотативной составляющей» [Важдаева 2020, с. 4]. Среди таких слов автор приводит названия ребенка и частей его тела (малыш, малышка, ручка, ножка, животик, спинка, косточки, зубки, ладошки, ушки), названия рекламируемого продукта (трусики, подушечка, стаканчик, творожок, молочко). Приведем примеры из этой статьи: Вот как мы пляшем, ручками машем. Животику удобно, просто бесподобно («Памперс»); Теперь трусики еще лучше сидят, а благодаря новому расположению резиночек вокруг ножек они лучше прилегают и не стесняют движений («Либеро»); Зубки и косточки малыша крепнут день ото дня, и он легко покоряет новые вершины («Агуша»).

Б. Жанрообразующую роль играют диминутивы и в блогах молодых мам.

В. Смысл «ребенок – объект ласкового, любовного отношения» актуален для некоторых речевых жанров в качестве метафорического. И. Фуфаева использует условные термины «метафорический ребенок» и «метафорический родитель» при интерпретации речевых ситуаций, в которых используются диминутивы; это так называемые дискурсы заботы: ситуации угощения (угощение гостей хозяином), лечения (прием пациента врачом) и некоторые другие. И. Фуфаева пишет: «В них говорящий именно с помощью ласкательных диминутивов приглашает взрослого адресата на роль «метафорического ребенка». В дискурсе угощения говорящий обозначает диминутивами предмет угощения: кушайте салатик, возьмите селедочки, огурчика, налью тебе супчика, и т. д.» (Фуфаева 2017, с. 124–125).

Заключение

Результаты проведенного нами исследования с учетом точек зрения, представленных в работах ученых, позволяют считать обоснованным целесообразность выделения в структуре образа ребенка аспекта эмоционального (ласкового, нежного, любовного) отношения к нему со стороны взрослых людей в качестве самостоятельного. Добавим к этому еще один довод: данный аспект семантики, который представляет одну из линий структурирования ассоциативно-семантического поля «Ребенок» и одноименного образа (концепта), органично коррелирует с составом других аспектов и вместе с ними очерчивает своеобразие данного лексического поля и образа (концепта) в рамках макрополя и макрообраза (макроконцепта) «Человек».

 

 

About the authors

Sara Alfalki

Samara National Research University

Author for correspondence.
Email: sarahiraqq@yahoo.com
ORCID iD: 0000-0001-8247-539X

Russian Federation, 34, Moskovskoye shosse, Samara, 443086, Russian Federation.

post-graduate student, Department of Russian Language and Mass Communication, Faculty of Philology and Journalism, Social and Humanitarian Institute

References

  1. Arutyunova 1999 – Arutyunova N.D. (1999) Human language and world. Moscow: Yazyki russkoi kul'tury, 896 p. Available at: https://platona.net/load/knigi_po_filosofii/filosofija_jazyka/arutjunova_n_d_jazyk_i_mir_cheloveka/32-1-0-1446. (In Russ.)
  2. Ashkharava 2002 – Ashkharava A.T. (2002) Human age and its conceptualization in Russian. In: Simashko T.V. (Ed.) Problems of Reality Conceptualization and Modeling of Linguistic Picture of the World: materials of the International scientific conference. Arkhangelsk: Pomorskii gosuniversitet, pp. 87–90. (In Russ.)
  3. Bronnikova 2014 – Bronnikova Yu.O. (2014) Derivational means of expressing assessment in Russian language. Aktual'nye problemy gumanitarnykh i estestvennykh nauk, no. 12–1, pp. 276–279. Available at: https://www.elibrary.ru/item.asp?id=22814473; https://publikacia.net/archive/uploads/pages/2014_12_1/79.pdf. (In Russ.)
  4. Vazhdaeva 2020 – Vazhdaeva E.A. (2020) Evaluative Vocabulary as a Method for Quality Presentation in Advertising of Children's Products. Uchenye Zapiski Kazanskogo Universiteta. Seriya Gumanitarnye Nauki = Proceedings of Kazan University. Humanities Series, vol. 162, no. 5, pp. 179–194. DOI: http://doi.org/10.26907/2541-7738.2020.5.177-194. (In Russ.)
  5. Zaliznyak – Zaliznyak Anna A. Linguistic view of the world. Available at: https://www.krugosvet.ru/enc/gumanitarnye_nauki/lingvistika/YAZIKOVAYA_KARTINA_MIRA.html. (In Russ.)
  6. Ilyukhina N.A. – Ilyukhina N.A. (2010) Metaphorical image in semasiological interpretation. Moscow, 319 p. Available at: https://librs.net/lb43573. (In Russ.)
  7. Popova 2014 – Popova A.N. (2014) To the problem of semantic modeling of child image in Russian language picture of the world. Vestnik Omskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta. Gumanitarnye issledovaniya, no. 3 (4), pp. 61–64. Available at: https://www.elibrary.ru/item.asp?id=23088682. (In Russ.)

Statistics

Views

Abstract - 24

XML (Russian) - 5

PDF (Russian) - 6

Article Metrics

Metrics Loading ...

PlumX

Dimensions

Refbacks

  • There are currently no refbacks.

Copyright (c) 2021 Alfalki S.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-ShareAlike 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies