Concept, origin and development of diplomacy


Cite item

Abstract

The article deals with the problems of origin and the first stage of development of diplomacy. Mentioning various approaches, the author identifies 8 possible definitions of diplomacy, noting that how it will be understood depends on the context. Then interesting points are presented related to the emergence and development of diplomacy in the distant past, with a special overview of special diplomatic missions, diplomatic correspondence, the first permanent diplomatic missions, other forms of diplomatic and quasi-diplomatic relations, laws (internal legal acts of the countries of the Ancient World), diplomatic privileges and immunities. This is followed by a brief overview of the further development of diplomacy and diplomatic law. The author believes that today there is much evidence that profound changes are coming both in the existing concept of diplomacy and in international diplomatic law. Some of the reasons are that the processes of globalization, regionalization and integration are increasingly active on the international scene; the sovereignty of states is weakening; the range of types of international cooperation is expanding, which is carried out in other ways, and not through states; the role of international organizations is being strengthened; the importance of permanent diplomatic missions is also decreasing because many issues, especially the most important ones, are resolved in other ways, since the development of means of transport and technology has allowed heads of state to quickly meet at summits, as well as to increasingly use bilateral and multilateral meetings via Internet video communications; the number and importance of non-state actors in international relations and international law, in particular such as transnational companies, is constantly increasing; etc.

Full Text

В науке международного права есть вечные темы, а точнее, целые специализированные области с рядом взаимосвязанных и всегда актуальных проблем. Многие из них появились очень давно, еще во времена первых государств и представляли собой первые нормы и институты международного права. Примерами могут служить различные вопросы, связанные с международными договорами, правами человека, законами и обычаями войны, мирным урегулированием споров и т. д. По многим причинам особое место среди них принадлежит дипломатии и дипломатическому праву. Мало того, что относящиеся к ним нормы являются одними из древнейших, но с ними всегда были тесно связаны и все остальные важнейшие правила международного права. Например, заключение договора требовало непосредственных встреч полномочных представителей соответствующих государств, обязательным условием проведения которых было установление и соблюдение правил неприкосновенности, т. е. привилегий и иммунитетов участников переговоров (послов), даже если переговоры велись через посредников и за ними нужно было признать особый правовой статус и т. п. В связи с этим, хотя эта тема по-разному трактовалась в большом массиве работ, мы попробуем дать несколько новое изложение с интересными и менее известными данными. Кроме того, хотя представляется, что вопрос дипломатического права был успешно кодифицирован рядом соответствующих договоров, таких как Венская конвенция о дипломатических сношениях (1961 г.), Конвенция о специальных миссиях (1969 г.), Венская конвенция о представительстве государств в их отношениях с международными организациями универсального характера (1985 г.), есть все шансы, что гораздо быстрее, чем мы думаем, нам придется столкнуться с необходимостью регулирования этой сферы международных отношений по-новому. Это тоже дает повод вспомнить, с чего все начиналось.

1. Понятие дипломатии

Слово «дипломатия» и производные от него выражения имеют свои корни от греческого слова «диплом» со значением «документ, сложенный вдвое». Оно происходит от того, что в Древней Греции послы (эмиссары) получали документ, состоящий из двух частей. В одной была их доверенность, а в другой – инструкция о том, как вести переговоры. В этом не было ничего необычного, так как тогда было принято оформлять различные документы на двух соединенных вощеных деревянных или бронзовых пластинах. Например, те, кто прошел какое-либо обучение получал двухчастный аттестат, по окончании службы военнослужащие получали дипломы, подтверждавшие их статус и соответствующие их права и привилегии (отставка, освобождение от налогов и т. д.) и прочее. Хотя правила общения с другими народами и государствами существовали уже в далеком прошлом, термины «дипломатия» и «дипломат» вошли в обиход намного позже. Считается, что термин «дипломатия» первым употребил Готфрид Вильгельм Лейбниц в своем труде Codex juris gentium Diplomatus (1693 г.). С другой стороны, есть утверждения, что впервые это сделал французский кардинал Ришелье, который в 1624–1642 гг. был премьер-министром Франции. Многие источники указывают на то, что термины «дипломатия» и «дипломат» стали использоваться европейскими дворами только в 18-м веке. В наше время «дипломатия», как едва ли какой-либо другой термин, относится к разным вещам, в том числе и к тем, которые нельзя свести к рамкам международных отношений. Так, иногда отмечают, что в зависимости от контекста слово «дипломатия» включает (в самом широком смысле) представление определенного сообщества или группы и их интересов перед другим сообществом. Но никто не спорит, что оно обозначает и ряд других явлений, таких как: комплекс внешнеполитических целей и программ одного или нескольких государств; умение посредничества и поиска компромиссных решений; умение вести себя вежливо даже в сложных ситуациях и т. п. Однако слово «дипломатия» чаще всего употребляется в более узком смысле, тесно связанном с международными отношениями. В этом смысле, к примеру, пишут: «Дипломатия предполагает продуманный и тактический подход к процессу поддержания официальных отношений между правительствами независимых государств, иногда с частями государственных территорий, не являющихся независимыми, а также между правительствами и международными учреждениями. Короче говоря, дипломатия служит для поддержания отношений между странами мирными средствами» [1, с. 3]. Иногда дополнительно подчеркивается, что это средство, являющееся альтернативой применению силы. Например, по словам Г. Киссинджера (Henry Kissinger), госсекретаря США 1969–1977 гг.: «Дипломатия есть искусство сдерживания силы» [2, с. 1]. Подобную мысль выражает простое, но яркое наблюдение, приписываемое герцогу де Бройлю (Duc de Broglie), согласно которому «дипломатия, по существу, представляет собой лучшее изобретение цивилизации, служащее для предотвращения применения голой силы в поддержании международных отношений» [1, с. 6]. То, что ко всему можно подойти с совершенно иной точки зрения, продемонстрировал Чжоу Эньлай (в 1949–1976 гг. премьер-министр и в 1949–1958 гг. министр иностранных дел Китая), который, перевернув известное изречение Клаузевица о том, что война есть продолжение политики другими средствами, заявил в 1954 г.: «Дипломатия есть продолжение войны другими средствами». В связи с этим мы должны отметить, что, хотя она служит в основном мирному сотрудничеству, т. е. предотвращению или прекращению войны, иногда дипломатия используется для совершенно противоположных целей, т. е. для подготовки вооруженного конфликта. Самый очевидный пример – переговоры об атакующем союзе или заключение такого союза. Нам кажется, что в зависимости от случая слово «дипломатия» употребляется для обозначения многих явлений, как минимум таких, как:
1) средство общения между субъектами международного права, предполагающее использование дипломатических процедур и методов, разрешенных международным правом;
2) теория и практика международных отношений, т. е. то, что часто по-другому называют историей дипломатии;
3) внешняя политика определенного государства;
4) совокупность лиц, работающих на дипломатической службе страны. Например, в дипломатической службе США работает около 11 500 лиц, которым помогают около 31 000 сотрудников, занятых в некоторых из 265 дипломатических и консульских представительств США за границей, и набираемых из числа местных жителей [3, с. 1];
5) группа лиц, выполняющих дипломатические обязанности и задачи в дипломатических представительствах определенной страны в других странах и при международных организациях (только те члены дипломатической службы, которые находятся в командировках за пределами данной страны);
6) умение представлять государство и вести публичные или тайные переговоры;
7) особая манера поведения и обращения в международных отношениях, т. е. между субъектами международных отношений. В этом смысле один профессиональный дипломат отметил, что дипломатия – это «использование ума и такта в ведении международных отношений», что требует досконального знания как страны, которую представляет дипломат, так и страны, в которой он служит, с тем фактом, что необходим прекрасный баланс, потому что «слишком много дипломатии без достаточного количества знаний может быть опасным, так же как слишком много знаний при слишком малой дипломатии может быть губительным» [4, с. 22];
8) общественная наука, занимающаяся изучением внешней политики и международных отношений с целью определения законностей и других знаний и их лучшего понимания (наука о международных отношениях).
Из вышеизложенного видно, что в зависимости от случая под дипломатией понимаются разные вещи: политика, дипломатическая работа, то есть служба, способность, мастерство, искусство, ловкость, наука, кадры и др. Значение, в котором это слово используется, меняется и зависит от контекста. Общим почти всегда является то, что дипломатия обычно тесно связана с мирным урегулированием международных споров, развитием взаимного сотрудничества и т. п.

2. Становление и развитие дипломатии

Один из популярных анекдотов о дипломатии состоит в том, что это одна из древнейших профессий, которая возникла, когда наши предки поняли, что лучше выслушать сообщение, принесенное им гонцом из другого племени, чем съесть гонца. Хотя, конечно, можно отметить, что упомянутые предки тоже могли выслушать гонца, а затем съесть его спокойно и с пониманием (двойная польза), бесспорно, что дипломатия – одно из древнейших достижений цивилизации. Впрочем уже в 19 веке справедливо заметили, что: «Дипломатия стара как мир, и только когда он исчезнет, исчезнет и она» [5, с. 324]. Действительно, возникновение и развитие дипломатии можно проследить одновременно с появлением первых организованных человеческих сообществ. В этом смысле следует согласиться с замечанием о том, что «еще до учреждения государств в современном понимании этого слова существовали представители (посланники) племен и отдельных общин, а также правила исполнения их обязанностей, хотя это была эпоха взаимных войн, а не эпоха сотрудничества и нормальных отношений между этими племенами и общинами» [6, с. 13]. Пора оглянуться на некоторые особенно интересные вопросы, связанные с зарождением и развитием дипломатии и дипломатического права.

2.1. Специальные дипломатические миссии

У нас есть достоверные свидетельства того, что правители Древнего Египта, Ассирии, Вавилона, Греции, Рима, Китая, Индии и других древних государств посылали друг к другу различных гонцов, посланников, переговорщиков, наблюдателей и других своих представителей. Функции этих лиц заключались в личном вручении посланий, писем и подарков, посланных их правителем; ведении переговоров о заключении определенного международного соглашения (о союзе, о мире, о перемирии, о выдаче и т. д.); улучшении отношений со страной пребывания; посещении важных мероприятий в стране пребывания (возведение на престол правителя, его свадьба, похороны и т. д.) и т. п. Так, например, известно, что Моисей через посла просил царя идумеян позволить ему пройти через его землю; что иудейские цари Давид и Соломон посылали и принимали иноземных послов (среди прочего записано, что Соломон принимал послов из Эфиопии, а сам посылал послов к царям Тира и Сидона); что индийские императоры поддерживали дипломатические отношения с персидским императором Киром Великим, государствами Средней Азии и позднее с римскими правителями Октавианом Августом и Клавдием; что Афины и другие города-государства Древней Греции посылали своих послов друг к другу, а также в Персию и Индию; что Александр Македонский принимал послов от скифов и других народов; что китайские императоры из династии Хань обменивались послами с шахами Персии, правителями Кореи и Японских островов и даже иногда с Римом и т. д. В связи с этим интересно отметить, что римский историк Луций Анней Флор утверждает, что ко двору Октавиана Августа (правил с 27 г. до н. э. по 14 г. н. э.) в числе прочих прибыла делегация из Китая, которая провела в пути 4 года. С другой стороны, записано, что в 166 г. император Хуан из династии Хань принимал послов от римского императора «Антонина». Известно, что римские делегации приезжали в Китай в 226 и 284 годах. Римляне называли Китай «Серес» («страна шелка»), в то время как китайцы уважительно называли Рим «Дацин» (примерно переводится: «Китай на противоположной стороне мира”). Существовало два типа посланников – гонцы (посыльные) и послы (посланники). Первые только передавали сообщения или, возможно, привозили какие-то предметы и не могли участвовать в каких-либо официальных дискуссиях и тем более переговорах. Они часто путешествовали в одиночку (чтобы двигаться быстрее или из-за конфиденциальности миссии) и носили определенные знаки отличия (кольцо правителя и т. п.), гарантировавшие им неуязвимость и обеспечивающие им получение бесплатной еды, жилья, транспорта и, когда необходимо, другой неотложной помощи. Уже с середины 14 в. до н.э. в некоторых случаях они также получали сопроводительное письмо, которым правитель, отправивший их, удостоверял их личность и требовал (от своих подданных, но и от подчиненных правителей) обеспечить их безопасность и скорейший проход к тому, к которому они несли сообщение. Примером может служить письмо из египетского архива Тель-Амарны, которое царь Митании (хурритское царство в северной Месопотамии) передал своему гонцу, в котором говорится: «Послание ко всем ханаанским царям, подданным моего брата (царя Египта). Таким образом (говорит) царь (Митании): я посылаю своего посланника Акию к царю Египта, моему брату, с неотложной миссией (чтобы он путешествовал так быстро), как дьявол. Никто не смеет удержать его. Доставьте его благополучно в Египет! (Там) передайте его египетским пограничникам. И никому не позволено трогать его ни по какой причине» [7, с. 134]. Напротив, послы имели более важную роль и обладали определенной самостоятельностью. Они представляли направившую их сторону и имели право вести переговоры и в пределах своих полномочий заключать определенные соглашения. Для того чтобы иметь возможность выполнять свои функции, они тоже пользовались необходимыми иммунитетами и привилегиями. Когда затрагивались важные вопросы, часто направляли не одного посла, а целую делегацию, иногда в составе десятка и более человек. Так, например, римский сенат обычно назначал довольно много членов делегации во главе с сенатором, причем каждый член такого посольства пользовался неприкосновенностью и привилегиями и носил золотое кольцо, обеспечивающее ему бесплатный проезд и питание во время путешествия. Такая практика имела ряд преимуществ. Это позволяло успешно завершить миссию, особенно тогда, когда следовало ехать в далекую страну. А именно, если посылать только одного посла, то по дороге к месту назначения или на обратном пути, он мог по какой-либо причине (из-за болезни, кораблекрушения, нападения пиратов или бандитов и т. п.) лишиться жизни или просто бесследно исчезнуть, и таким образом вся его миссия потеряла бы смысл. Хуже того, между заинтересованными странами могли вспыхнуть взаимные обвинения в том, что случилось с послом, т. е. где, когда и куда он пропал (это могло бы справедливо обеспокоить страну назначения) или почему нет ответа на то, о чем с ним достигнуто соглашение (чем, вполне понятно, задалась бы страна, которая приняла посла). Тогда, когда отправляли делегацию, состоящую из нескольких человек, она уже в силу своей численности была в большей безопасности, чем отдельный посол. Вдобавок по многим причинам гораздо выше были шансы, что большинство членов делегации или хотя бы кто-нибудь из них благополучно прибудут туда, куда они отправились. Кроме того, упомянутое решение давало возможность членам делегации консультироваться друг с другом, прежде чем принять или отклонить предложение другой стороны или предпринять какой-либо иной шаг. Наконец, оно гарантировало, что члены делегации будут контролировать друг друга и таким образом предотвращать невыполнение кем-либо из них своего долга и возможную измену стране, которую они представляют (она могла иметь место из-за того, что данные лица под- куплены, шантажированы и т. п.). В связи с этим интересно отметить, что спартанцы отправляли в дипломатически миссии несколько человек, которые терпеть друг друга не могли, что гарантировало, что они будут тщательно следить друг за другом и в отчете, который представят по возвращении, сообщать о любом ненадлежащем или нелояльном поведении. Послы, успешно выполнившие свою миссию, часто награждались. Наоборот, те, кто был уличен в том, что они ложно представляли себя послами или были подкуплены, что они нарушили данные им инструкции и полномочия и т. п., сурово наказывались. В зависимости от тяжести проступка такое лицо могло получить смертную казнь или ссылку. Правители не только обменивались послами, но и наносили друг другу официальные визиты. Это были первые встречи наверху (саммиты), что, разумеется, подразумевало и обеспечение личной неприкосновенности и достоинства, а в случае необходимости и оказание помощи иностранному правителю. Одна из древнейших задокументированных подобных встреч состоялась в 13 веке. до н. э. между египетским фараоном Рамзесом II и хеттским императором Хаттушилом III . Они сначала около 1278 года. до н. э. заключили мирный договор, который считается одним из самых древних сохранившихся международных договоров. Затем, спустя несколько лет, Рамзес женился на хеттской царевне. После этого в Египет приехал хеттский царевич. Когда он вернулся домой с богатыми подарками, Хаттушил принял приглашение фараона и сам приехал в Египет. Рамзес приветствовал его в Ханаане и сопровождал его на Пи-Рамзес, где состоялась одна из первых встреч на самом высоком уровне, зарегистрированных в истории [8; 9, с. 14].

2.2. Дипломатическая переписка

По характеру вещей, даже в далеком прошлом правители обменивались не только послами, но (через гонцов или курьеров) также устными посланиями и письмами. Подавляющее большинство письменных сообщений погибло в результате войн, пожаров, землетрясений, наводнений и подобных событий или просто от разрушительного действия времени. И все же многие из этих документов сохранились. Из них мы черпаем знания об обстоятельствах того времени, международных отношениях, событиях, дипломатических обычаях и т. д. За последние сто лет было обнаружено несколько древних городов, о которых было известно, но чьи следы веками были засыпаны песком. Один за другим раскапывались месопотамские города-государства с, что здесь первостепенно, практически нетронутыми государственными архивами. Они свидетельствуют об обширных дипломатических отношениях древних государств, в первую очередь великих держав того времени. Древнейшим известным дипломатическим документом, дошедшим до наших дней, является письмо, написанное клинописью на глиняной табличке, которое царство Эбла отправило царству Амасии, расположенному на территории современной Турции, примерно в 900 км от Эблы [1, с. 6]. Письмо было написано около 2500 г. до н. э., то есть около 4500 лет назад. Чтобы правильно понять значение этих данных, следует напомнить, что Эбла доминировала на большой территории, включающей части сегодняшней Сирии, Ливана, Ирана и Турции, и имела развитые торговые и дипломатические отношения с Египтом, Шумером, Ираном и другими отдаленными государствами. Пик своего могущества она имела между 2600 и 2240 годами до нашей эры. Одним из старейших сохранившихся дипломатических архивов является архив города Мари на севере современной Сирии, который, особенно между 2900 и 1760 годами до н. э. был одним из крупнейших месопотамских городов-государств. Он был найден в 1933 году с практически нетронутым архивом, состоящим из около 25 000 глиняных табличек, исписанных на аккадском языке. Хотя они в основном содержат административные, юридические и тому подобные записи, некоторые из них составляют переписку с вавилонским императором Хаммурапи, другими иностранными правителями и послами. Эти тексты свидетельствуют об обмене дарами между правителями, династических браках, третейском суде и посредничестве как способах мирного разрешения международных споров, об особых ритуалах и жестах, использовавшихся при заключении международных договоров, об обмене послами, об устоявшихся дипломатическом протоколе и церемониале и даже, что особенно интересно, о шпионской деятельности послов (в частности, посла Зимри-Лима, представлявшего короля Мари при дворе Хаммурапи) [7, с. 105–107; 10, с. 13–58; 11, с. 197–201; 12, с. 243–254; 13, с. 82–118]. Лишь немногим моложе архив, обнаруженный в 1906 году в руинах Хаттуши, столицы Хеттской империи. Известный как Архив Богазкал, по названию деревни в Турции, возле которой был раскопан, он охватывает период 16–13 вв. до н. э. Среди более чем 14 000 глиняных табличек, написанных на разных языках, большая часть написана на хеттском языке. Она охватывает разные темы и здесь важна тем, что в том числе содержит дипломатическую переписку с другими странами. Гораздо более известна Тель-Амарнская переписка, как называется дипломатический архив египетских фараонов Аменхотепа III и его преемника Аменхотепа IV, известного так же как Эхнатон. Она была найдена в 1887 году в сегодняшнем Тель-аль-Амарне, в руинах Ахетатона, бывшей столицы Эхнатона. Считается, что она охватывает период около четверти века, примерно где-то между 1370 и 1340 годами до нашей эры. Из 382 сохранившихся глиняных табличек 350 содержат дипломатическую переписку. В основном это письма, которые писали фараону другие правители и вассалы, а не те, которые он посылал им. Это, кстати, логично, так как его письма оказывались у адресата, а значит, в других странах, и за эти почти 3400 лет бурной истории в основном исчезли. Однако в архиве сохранилось несколько писем фараона к другим правителям и вассалам (считается, что это черновики писем или письма, которые хотя и были написаны, но по каким-то причинам не были отправлены). Хотя многие письма исходят от правителей других великих ближневосточных держав того времени (царей Вавилона, Хеттской империи, Ассирии и Митании), большинство – от мелких вассальных князей из Сирии и Палестины [7, с. 119–134; 14; 15; 16; 17]. Из архива видно, что между правителями больших государств того времени (правителями одного ранга, т. е. царями) велась довольно оживленная переписка, причем они высказывали уважение друг к другу, а также знали о своем положении и своих правах. Они обращались друг к другу словами «мой брат» и начинали письма с признания в братской любви и наилучшими пожеланиями. Например, письмо царя Митании, начинающееся так: «Нимтурии, царю Египта, моему брату, моему зятю, которого я люблю и который любит меня. Так говорит Тушратха, любящий тебя царь, твой тесть: ‘‘Я здоров, пусть и ты будешь здоров!’’» [14, с. 14]. Когда дело доходит до конца цитируемого текста, кажется, что это тоже часть устоявшейся формулы вежливости между царями, а не просто информация о том, что автор письма здоров и того же желает другой стороне. Письма же вассальных князей к фараону обычно начинаются словами, явно указывающими на иерархическую разницу в статусе автора и адресата. Например, все письма Абди-хибы Иерусалимского начинаются словами: «Царю, господину моему, так говорит Абди-хиба, слуга его: семь раз семь раз падаю к ногам царя, господин мой...» Аналогично пишут и другие вассалы, например Ребро Адда из Библоса: «Адда говорит своему господину: царь земли, великий царь: пусть Балат из Гублы даст власть царю, моему господину! Я семь раз семь раз падаю к ногам моего господина, моего солнца...» [14, с. 6–12; 15]. Напомним, что Библос, расположенный в сегодняшнем Ливане, является одним из древнейших городов мира, а Балат из Гублы была его могущественной богиней (ее храм был построен в Библосе около 2700 г. до н. э.). Все письма (адресованные правителям того же или более высокого ранга) были написаны витиеватым языком. В зависимости от случая они касались таких вопросов, как: заключение династических браков (например, с Вавилоном); поздравления (например, письмо хеттского царя Шупилулия, поздравляющее Эхнатона с восшествием на престол); жалобы на послов другой стороны (например, фараон жалуется вавилонскому императору на то, что его послы дали ему ложные сведения); протест из-за недостаточно вежливого обращения с послами (например, вавилонский император обвиняет в этом фараона); обмен подарками; сообщения новостей из далеких городов; просьбы о помощи и т. д. Среди интересного тот факт, что хотя речь идет о переписке могущественного Египта, она была написана не египетскими иероглифами, а аккадской клинописью (ассирийско-вавилонским письмом), что является одним из аргументов в поддержку утверждения о том, что в то время этот язык играл роль дипломатического языка на всем Востоке. Однако несколько табличек были написаны на других языках (2 на хеттском и 1 на хурритском).

2.3. Первые постоянные дипломатические представительства

Часто можно услышать, что практика отправки постоянных дипломатических миссий развивалась в северной и центральной Италии между 1380 и 1450 годами, причем в качестве конкретных примеров приводятся постоянные миссии Милана в Тоскане и Венеции в 14 веке. Другие, и это более распространенная точка зрения, считают, что первыми постоянными дипломатическими представительствами в современном понимании были те, которые были учреждены герцогом Миланским во Флоренции в 1450 г. и в Генуе в 1455 г., после чего эта практика быстро распространилась среди европейских держав [5, с. 326; 18, с. 59-60]. И все же есть основания полагать, что первые постоянные дипломатические представители появились намного раньше. Хотя о них нельзя говорить как об общепринятом институте, уже в Древнем мире есть примеры своего рода первых посольств. По новым сведениям, постоянных дипломатических представителей отправляли и принимали Ассирия, Вавилон, Египет, Китай, Индия, Рим и др. Так, например, известно, что еще в 18 в. до н. э Зимри Лима, правитель месопотамского государства Мари, имел нескольких своих постоянных дипломатических представителей при дворе вавилонского императора Хаммурапи, точно так же, как Хаммурапи имел своих постоянных послов у него и в некоторых других государствах. Похоже, что среди прочего они имели право заключать договоры от имени своих правителей. Предполагается, что послы приезжали для выполнения определенной миссии, а затем возвращались, но часто оставались в стране пребывания подолгу, особенно когда правитель этой страны медлил с выдачей им разрешения на выезд (без этого разрешения они не имели права покинуть его двор). Хорошим примером является тот факт, что после победы Римской республики над Пирром в 275 г. до н. э. эллинистический Египет открыл в 273 г. до н. э. в Риме свое постоянное дипломатическое представительство (посольство). Со временем практика привела к созданию различных дипломатических рангов. Главы миссий независимых государств назначались из числа лиц, пользовавшихся особым доверием посылающего государя и имели право вести переговоры с государем принимающего государства. Зависимые государства были обязаны обеспечить главам миссий и представителям правителя более сильного государства беспрепятственный и быстрый проезд через свою территорию [19, с. 80]. Постоянные дипломатические представители выполняли ту же роль, что и сегодня (представляя свою страну, развивая взаимные отношения, ведя переговоры, наблюдая за событиями в стране пребывания и предоставляя отчеты об этом своему правительству и т. д.), но они также были своего рода заложниками. Поскольку, по логике вещей, принадлежали к высшему сословию (обычно это были родственники или близкие друзья правителя, который их прислал), они гарантировали своей свободой, даже своей жизнью, что страна, которую они представляли, будет лояльной и будет придерживаться достигнутых договоренностей. Это, весьма вероятно, было одной из причин, по которой иностранных послов, приехавших с конкретной миссией, задерживали в стране пребывания даже после того, как они выполнили свои задачи. Помимо уже упомянутых отношений между Марией и Вавилоном, мы узнаем об этом и из тель-амарнской переписки, которая полна жалоб царей на слишком длительное пребывание их послов при египетском дворе [20, с. 42]. Такой подход долгое время сохранялся в некоторых обществах. Примером может служить практика Османской империи даже в 16 веке. По словам одного автора: «Хотя он и признает в своем законе принцип, что ‘‘никакая беда не может постичь посла’’ и что посол ‘’лишь исполняет приказы того, кто его послал’’, тем не менее Сулейман Великий (Великолепный. – Прим. Б. К.) придал юридическую силу словам: ‘‘Посланники отвечают за слово своих господ и, как заложники, должны быть наказаны в случае нарушения этого слова’’. Как видно, турки того времени едва имели понятия о международно-правовом положении послов и их особой привилегированности. Отсюда издевательства над различными послами, их избиения, бросание в тюрьму и т. д.» [21, с. 499].

2.4. Другие формы дипломатических и квазидипломатических отношений

Несомненно, что еще в далеком прошлом определенное значение имели различные неофициальные или, по крайней мере, полуофициальные формы общения между государствами и их правителями, в том числе определенная роль уважаемых философов, священнослужителей, знатных купцов, художников, спортсменов и т. д.. Многие считают, что первые следы современной спортивной дипломатии можно найти в Олимпийских играх, в то время как их совместные состязания в сфере культуры были не только выражением панэллинизма, но и специфической чертой выражения дипломатических отношений между греческими полисами, в чем заложены начала современной культурной и информационной дипломатии. И действительно, соревнования, которые происходили не только в спорте, но и в музыке, драматическом искусстве, лирике и т. д., укрепляли взаимные связи и хотя бы на время прекращали войны – за время их действия прекращались все вооруженные конфликты, а новые не начинались. Хотя есть мнения, что подобные состязания существовали еще в 13 веке до н. э., достоверно задокументировано, что спортивные игры проводились в районе города Олимпии каждые 4 года на протяжении более 1000 лет – с 776 г. до н. э. до 393 г. н. э., когда римляне отменили их. Они были настолько важны для древних греков, что они использовали их для измерения времени. Победители пользовались большим уважением во всем эллинском мире. Менее известно, но существовал и ряд других игр, которые также устраивались периодически (каждые 4 или каждые 2 года), длились несколько дней и состояли из празднеств в честь божества с соревнованиями в спорте, музыке, поэзии и т. д. Таковы, например, были Панафинеи (проводились в Афинах в честь богини Афины), Пифийские игры (в Дельфах в честь бога Аполлона), Немейские игры (в северной Арголиде) и др. И во время их проведения конфликты прерывались, а новые не начинались. Это, безусловно, была возможность для различных форм дипломатического общения между заинтересованными сторонами (переговоры, посредничество и т. д.).

2.5. Законы (внутренние нормативные акты) Древнего мира

Различные внутренние правовые документы того времени касались положения и роли дипломатов. Среди них особенно известны индийские Законы Ману, названные в честь их предполагаемого создателя и праотца арийцев, легендарного Ману. Считается, что кодекс возник в 4 веке до н. э., хотя есть утверждения, что на самом деле он намного старше и был создан уже около 1500 г. до н. э. Хотя и содержит множество других положений и данных (религиозно-философского характера, из области уголовного, гражданского, военного права и т. д.), кодекс особенно интересен тем, что уделяет внимание дипломатии, считая ее главной причиной войн. Согласно Законам (глава VII , статьи 65–66): «Армия (danda) зависит от военачальника (amatya), контроль (над подданными) – от армии, сокровищница и страна. – от царя, мир и его противоположность (война. – Прим. Б. К.) – от посла. Ибо только посол соединяет и разъединяет союзников (именно), посол распоряжается делом, которым люди (имеются в виду правители. – Прим. Б. К.) разъединяются» [22, с. 238-239]. Кодекс интересен еще и тем, что перечисляет качества хорошего дипломата, содержит некоторые правила обращения с послами и т. д.

2.6. Дипломатические привилегии и иммунитеты

Хотя мы уже касались в известном смысле этого вопроса на предыдущих страницах, важность его такова, что необходимо дать отдельный обзор. Уже по природе вещей различные формы дипломатического представительства сопровождались одновременным появлением первых норм международного дипломатического права. Иначе просто не могло быть. А важнейшими нормами этого права, даже сегодня, когда оно кодифицировано и высокоразвито, являются те, которые гарантируют дипломатические иммунитеты и привилегии. Это связано с тем, что особый статус дипломатических представителей, предполагающий их принципиальную неприкосновенность и особые права, является непременным условием любых взаимных контактов между заинтересованными сторонами. В наше время особый правовой статус лица, пользующегося дипломатическими привилегиями и иммунитетами, подтверждается дипломатическим паспортом и специальным удостоверением личности, выдаваемым такому лицу страной пребывания. Раньше такого не было. И все же посланнику (переговорщику) должна была быть гарантирована безопасность не только при иностранном дворе, но и на всем пути следования. И действительно, статус посла уже тогда подразумевал не только право представлять свою страну, но и определенную защиту и неприкосновенность. Такой особый правовой статус подтверждался некой доверенностью или внешними признаками, такими, например, как перстень правителя. Это уже обсуждалось. Однако различные послы, переговорщики, гонцы и т. д. могли подвергнуться нападению еще до того, как им удалось объяснить, кто они такие, и доказать свою личность. Поэтому они обычно несли с собой определенный предмет, признаваемый обеими сторонами как внешний признак их статуса – белую палку, зеленую веточку, особый пояс и т. д. Древние греки часто носили кадуцей, специальную палку, вокруг которой обвиваются две змеи, с зеркалом наверху, а иногда и с крыльями. Он символизировал посох Гермеса, посланника богов. Среди различных теорий о его происхождении одной из самых известных является та, согласно которой, столкнувшись с двумя дерущимися змеями, Гермес разделил их палкой, и таким образом палка с двумя змеями стала символом мира [6, с. 14]. Особенно важно отметить, что повреждение послов древние народы воспринимали не просто как нарушение права, а как кощунство. Греки считали неприкосновенность послов священной, поскольку они находятся под защитой не только Гермеса, но и самого верховного бога Зевса. Индусы же верили, что царь, убивший посла, отправляется в ад вместе со своими министрами. Впрочем, об отношении к иноземным послам достаточно свидетельствует эпизод, связанный с участью послов, посланных персидским императором Дарием к спартанцам. Когда около 481 г. до н. э. к ним явились послы Дария и потребовали «земли и воды», что было персидской формулой ультиматумов с требованием безоговорочного подчинения (имелось в виду требование, чтобы другая сторона признала сдачу своей территории со всем, что у нее есть, т. е. «землей и водой», с тем, что после этого в результате переговоров за этой стороной могли быть признаны определенные права), это так разозлило гордых спартанцев, что они бросили послов в колодец, сказав, что там они сами накопают себе достаточно земли и найдут достаточно воды, чтобы все это отвезти своему императору. Само собой разумеется, что послы в колодце погибли. То, что произошло позже, интересно. Поскольку с тех пор во время принесения жертвы не появлялось благоприятных предзнаменований, спартанцы пришли к выводу, что это произошло из-за святотатства, совершенного убийством послов. Поэтому на своем собрании они выбрали два добровольца, принадлежащих к самым видным и богатым спартанцам, которые отправились к преемнику Дария, его сыну Ксерксу. Когда их привели к Ксерксу, они объяснили, что пришли в качестве компенсации за тех посланников, которые были убиты в Спарте, и сказали, что он может делать с ними все, что ему заблагорассудится. Однако персидский император сказал, что он не будет таким, как спартанцы, которые, убив послов, растоптали и опрокинули принятое правило всех народов. С этими словами он отпустил их домой. Этот случай свидетельствует о том, что уже в то время всем (включая персидского императора и самих спартанцев) была известна четкая юридическая норма о неприкосновенности послов и парламентариев. По этому поводу Геродот отмечает, что гнев богов прекратился, как только спартанцы поступили описанным образом, хотя Сперхий и Буллий (два упомянутых добровольца) вернулись в Спарту невредимыми [23, с. 477]. С другой стороны, интересно отметить, что, согласно Геродоту, в то самое время, когда спартанцы бросили в колодец послов Дария, афиняне убили других послов Дария, бросив их в пропасть. Иными словами, хотя правило о неприкосновенности послов несомненно существовало, оно все же иногда нарушалось. Об особом положении, неприкосновенности и привилегиях послов свидетельствуют многочисленные культурно-исторические памятники, в том числе дипломатические архивы ряда стран Ближнего Востока, некоторые из которых старше 4500 лет, «Илиада» Гомера (7 век до н. э.), Индийские гимны Махабхарата и Рамаяна (7–4 вв. до н. э.), священные книги различных народов и религий (Тора, Библия, Коран) и т. д. Неприкосновенность и святость личности иностранного посла уважались до такой степени, что даже если тот совершал преступление против страны, в которую был направлен, его не наказывали, а просили его страну наказать или выдать его. Так, например, если, вопреки своему обязательству быть нейтральным, посол начал военные действия против государства, при котором аккредитован, это понималось как преступление против этого государства, и оно имеет право потребовать его выдачи. Если эта просьба не была удовлетворена, это было законным поводом для объявления войны, причем такая война считалась справедливой. Например, когда в 390 г. до н. э. галльское племя сеноны двинулось на римский Клузий, римляне отправили делегацию из 3 представителей знатного рода Флавиев, чтобы отговорить их от этого. Однако когда галлы отвергли предложения и начали атаку, послы (переговорщики) не отступили, а присоединились к защитникам. Увидев, как один из них убивает его воина, Бран, вождь галлов, призвал богов засвидетельствовать тяжкое нарушение общего права всех народов (то есть международного права), совершенное против галлов, состоящееся в том, что тот кто пришел как посол, сражался против них как враг. Поэтому он потребовал выдачи виновного. На заседании римского сената многие осудили поступок посла, а фециалы (жрецы, игравшие важную роль в международных отношениях и праве в Риме) потребовали его выдачи, чтобы таким образом снять вину со всего Рима [24, с. 341–342]. В некоторых странах, таких как Рим, иностранные послы пользовались не только личной неприкосновенностью, но и сопутствующими привилегиями и иммунитетами. Такими как, например, освобождение от налогов и от юрисдикции местных властей. Следует отметить, что все это даже сегодня составляет суть дипломатических привилегий и иммунитетов [6, с. 15]. Даже послам (парламентария) врагов гарантировались надлежащая неприкосновенность и защита, а те, кто ранил или оскорбил посла (парламентария), сурово наказывались в своей стране либо экстрадировались в иностранное государство. Таких примеров много. Этот подход был подтвержден в том числе римским юристом Секстом Помпонием (2 век), заметившим: «Если кто-либо причинит вред представителю враждебного государства, то это должно быть воспринято как нарушение прав народов, так как послы являются священными» [25 с. 17]. Жестокое обращение с послами или нанесение им телесных повреждений считались уважительными причинами войны. Иными словами, не только, как уже указывалось, причиной войны могло быть то, что посол злоупотребил своим положением, а направившая его сторона не наказала и не выдала его, но к войне, которую на этот раз развязала бы сторона, направившая посла, могло привести и нарушение неприкосновенности посла со стороны принимающего государства. И все же, поскольку в античном мире не существовало кодифицированных общепринятых правил обращения с дипломатическими представителями, а они, в зависимости от местных традиций, более или менее отличались в разных частях мира, практика не всегда во всем была одинаковой и совершенно непротиворечивой. Впрочем, даже тогда, когда неприкосновенность посла не ставилась под сомнение, ему приходилось рассчитывать на множество рисков и неприятностей. Упомянем лишь несколько примеров. Из Ветхого Завета мы узнаем, что, когда иудейский царь Давид послал к нему делегацию, чтобы утешить его в связи со смертью его отца Нааса и почтить память усопшего (Давид считал умершего своим благодетелем), правитель аммонитян, малоопытный Анун, попал под влияние своих князьей, которые убедили его, что Давид прислал послов не из уважения к Наасу, а чтобы «разведать и высмотреть землю и разорить ее». Амон не стал убивать или сажать послов, но публично их обесчестил. По его приказу им остригли бороды наполовину, разрезали их одежды «наполовину до чресл» и отослали их обратно. Этот поступок стал поводом для долгой и кровопролитной войны между евреями и аммонитянами, закончившейся победой Давида, который в конечном счете захватил и разграбил стольный город аммонитян Равву и остальные аммонитские города и увел с собой их жителей (2 Царств 12: 29–31). Впрочем, у древних римлян одной из всего лишь четырех обоснованных причин для начала так называемой справедливой войны (bellum justum), признавалось нарушение невредимости послов.

2.7. Дальнейшее развитие

Развитие транспортных средств, а тем самым и международной торговли привело к дальнейшему укреплению экономических, политических, правовых, культурных и других связей между различными частями мира и обусловило тем самым развитие дипломатии как средства установления и поддержания отношений между государствами, для мирного разрешения споров и др. Дипломатия получила толчок после раздела Римской империи в 395 г., когда появились весьма современные и хорошо организованные дипломатические службы Святого Престола и Византии, а затем итальянских государств (Венеции, Генуи, Флоренции и др.), франкских государств, Арабского халифата, Киевской Руси и др. Новый импульс пришел в результате централизации европейских государств и перерастания некоторых из них в могущественные империи, стремившиеся быть в курсе всего, что происходит в мире, и влиять на развитие событий даже в отдаленных районах. В этом смысле дипломатия быстро развивалась с середины 17 века, во что, между прочим, свой вклад внесли и разные международные конгрессы. Увеличение числа государств в 19 и 20 веках, в том числе в результате окончания крупных войн и освободительной и антиколониальной борьбы угнетенных народов, значительно осложняет отношения на международной арене. Дипломатия приобретает новое качество после создания первых международных организаций и развития многосторонней дипломатии. Среди прочего это позволило расширить участие средних и малых государств, а не только великих держав в принятии важных решений. В последнее время к дипломатии все чаще относят различные отношения и процессы в международном сообществе, причем не только те, которые проходят под эгидой и контролем государственной службы, то есть через дипломатический аппарат в более узком смысле. Правда, различные формы квазидипломатического представительства существовали, кажется, давно. Между прочим, как отмечает один писатель, в 13–14 вв. не только правители и вольные города, но и торговые города, и даже университеты и торговые объединения (гильдии) иногда присылали своих формальных квазидипломатических представителей, причем никто не оспаривал их права на это и никто не возражал обращаться с этими посланцами как с послами. Однако позже это меняется [18, с. 24]. В наши дни многое свидетельствует о том, что грядут глубокие изменения как в существующей концепции дипломатии, так и в дипломатическом праве. Некоторые из причин заключаются в том, что на международной сцене все больше активизируются процессы глобализации, регионализации и интеграции; суверенитет государств ослабевает; расширяется круг видов международного сотрудничества, которое осуществляется другими способами, а не через государства; усиливается роль международных организаций; значение постоянных диппредставительств уменьшается и потому, что многие вопросы, особенно важнейшие, решаются другими способами, так как развитие средства транспорта и технологий позволило главам государств быстро встречаться на саммитах, а также все более широко использовать двусторонние и многосторонние встречи через интернет-видеосвязь; постоянно увеличивается число и значение негосударственных субъектов международных отношений и международного права, в частности транснациональных компаний и т. д. Однако это проблемы, заслуживающие особого внимания в отдельной статье.

×

About the authors

B. D. Krivokapić

University MB

Author for correspondence.
Email: krivokapicboris@yahoo.com
Serbia

References

  1. Satow E. A Guide to Diplomatic Practice. Moscow: Mezhdunarodnye otnosheniya, 2018, 480 p. Available at: https://djvu.online/file/QNWpYMadheryj [in Russian].
  2. Tanembaum Y. Diplomacy Is the Art of Enhancing Power. E-International Relations, February 22, 2017. Available at: https://www.e-ir.info/2017/02/22/diplomacy-is-the-art-of-enhancing-power.
  3. General Information. U.S. Department of State. Available at: http://web.archive.org/web/20100831212917/http://careers.state.gov/general/about-us.html.
  4. Evriviades E. L. The Demands of Diplomacy: The Role of Carеer and Honorary Consuls. Whitehead Journal of Diplomacy and International Relations. Summer/Fall, 2005, pp. 21–27. Available at: https://www.researchgate.net/publication/265240785_The_Demands_of_Diplomacy_The_Role_of_Career_and_Honorary_Consuls.
  5. Nis E. The origin of international law. Beograd, 1895. [in Serbian]
  6. Đorđević S., Mitić M. Diplomatic and consular law. Beograd, 2000 [in Serbian].
  7. Oppenheim L. A. Letters from Mesopotamia. Official, Business, and Private Letters on Clay Tablets from Two Millenia. Chicago: University of Chicago Press, 1967., 227 p. Available at: https://oi.uchicago.edu/sites/oi.uchicago.edu/files/uploads/shared/docs/letters_from_mesopotamia.pdf.
  8. Arab S. M. Ramses the Great – The Pharaoh Who Made Peace with his Enemies And the First Peace Treaty in History. Available at: http://www.touregypt.net/featurestories/treaty.htm.
  9. Krivokapić B. International law: roots, development, perspectives. Beograd, 2006. [in Serbian]
  10. Malamat A. Mari and the Bible. Brill, 1998. URL: https://books.google.ru/books?id=P2jtZOP4MLwC&printsec=frontcover&hl=ru#v=onepage&q&f=false.
  11. Correspondence from the Mari imperial archive. Translation by R. A. Gribov. In: Kuzishchin V. I. (Ed.) History of the Ancient East. Texts and documents. Moscow, 2002, pp. 197–201. Available at: https://s30221942281.mirtesen.ru/blog/43478985309/Istoriya-Drevnego-Vostoka.-Tekstyi-i-dokumentyi [in Russian].
  12. Davis A. R. ’Answer Me Properly!’: Diplomatic Strategy and Subterfuge in the Treaty Texts from Mari. Ancient Near Eastern Studies, 2013, vol. 50, issue 1, pp. 243–254. DOI: http://dx.doi.org/10.2143/ANES .50.0.2975515.
  13. Sasson J. M. From the Mari Archives: An Anthology of Old Babylonian Letters. Eisenbrauns, 2015. 454 p. URL: https://muse.jhu.edu/book/79386.
  14. Handkock P. Selections from the Tell El-Amarna Letters. London, 1930. Available at: https://archive.org/details/selectionsfromte00handrich/mode/2up.
  15. Cohen R., Westbrook R. Amarna Diplomacy: The Beginnings of International Relations. Baltimore and London: Johns Hopkins University Press, 2000. Available at: https://books.google.ru/books?id=U7BHOyr4_8sC&printsec=frontcover&hl=ru#v=onepage&q&f=false.
  16. Moran William L. (ed. and transl.) The Amarna Letters. Baltimore and London: The Johns Hopkins University Press, 1992. Available at: https://archive.org/details/moran-w.-l.-the-amarna-letters-1992/mode/2up.
  17. Schniedewind W.M. (ed.) The El-Amarna Correspondence, I-II . A New Edition of the Cuneiform Letters from the Site of El-Amarna based on Collations of all Extant Tablets. Brill, 2015. Available at: https://dreven-iztok.ucoz.com/board/dreven_egipet_i_afrika/literatura/the_el_amarna_correspondence_a_new_edition_of_the_cuneiform_letters_from_the_site_of_el_amarna_based_on_collations_of_all_extant_tablets/12-1-0-1842.
  18. Mattingly G. Renaissance Diplomacy. Boston: Dover Publications, 1988. Available at: https://archive.org/details/RenaissanceDiplomacy.
  19. Butkevich O. V. Mezhdunarodnoe pravo Drevnego Egipta [International law of Ancient Egypt]. Gosudarstvo i pravo [State and Law], 2000, no. 5, pp. 75–84 [in Russian].
  20. Karavites P. Diplomatic Envoys in the Homeric Period. Revue Internationale des droits de l'antiquité, 1987, vol. 34, pp. 41–100. Available at: http://local.droit.ulg.ac.be/sa/rida/file/1987/04.%20Karavites.pdf.
  21. Vesnić M. R. International law in the relations of South Slavs. In: Nis E. The origin of international law. Beograd, 1895. [in Serbian]
  22. Elmanovich S. D. (translator) Zakony Manu [Laws of Manu]. Moscow, 2002. Available at: http://abhidharma.ru/A/Simvol/Indyizm/0014.pdf [in Russian].
  23. Herodotus. History. Translated by G. Rawlinson. Available at: https://files.romanroadsstatic.com/materials/herodotus.pdf.
  24. Phillipson C. The International Law and Custom of Ancient Greece and Rome, I. London: Macmillan and Co., 1911. Available at: https://archive.org/details/internationallaw01philuoft.
  25. Levin D. B. Istoriya mezhdunarodnogo prava [History of international law]. Мoscow, 1962, 136 p. [in Russian].

Copyright (c) 2023 Krivokapić B.D.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-ShareAlike 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies